Skip to main content

ГОТИКА ИНТЕРНАЦИОНАЛЬНАЯ

ГОТИКА ИНТЕРНАЦИОНАЛЬНАЯ Gothique International

Направление в истории живописи, между 1380 и 1450 охватившее почти все страны Европы, в каждой из которых оно проявлялось по-своему, но сохраняло при этом черты единого художественного языка.

В конце XIX в. Луи Куражо выдвинул концепцию «универсальной готичности» («gothicite universelle»), завершившей развитие средневековой живописи; он, однако, не дал точного определения этого феномена, который еще несколько десятилетий оставался практически не изученным, несмотря на несколько значительных исследований А. Шлоссера (1895) и П.То эска (1912). Понятие «интернациональной готики» оказалось более подходящим, нежели другие названия: «придворное искусство» («art courtois»), «космополитическое искусство» («art cosmopolite») или «мягкий стиль» («Weicher Stil»), - поскольку оно указывало не только на общеевропейский масштаб этого направления, но и на непрерывный обмен идеями, общими для живописи разных стран, и на взаимовлияния, столь сильные, что сегодня уже невозможно с уверенностью определить происхождения некоторых произведений. Этот «художественный диалог» - плод культурной и социальной ситуации, общей для разных европейских стран той эпохи, ситуации кризиса и упадка средневековых институтов, которую историк И. Хёйзинга определил как «осень средневековья».

Тем не менее в этой кризисной атмосфере усиливается роскошь больших европейских дворов (Дижон, Прага, Милан, Париж) и аристократических кругов и зарождается меценатство. Придворный церемониал, который сопровождает публичную и частную жизнь, отражается в декоративном богатстве, в рафинированных и томных чувствах, во всеобщем отказе от реальности, что приводит живопись к тонким линейным ритмам и ярким краскам. В то же время, для «интернациональной готики» характерен интерес к описательным деталям, который проявляется в обшей атмосфере, в костюмах и человеческих типажах. Этот сверкающий, но поверхностный реализм отражает динамизм городской жизни и экономики. главным элементом которых становится буржуазия.

К концу XIV в. роль буржуазии в экономике и культуре еще больше возрастает, соперничая с придворным меценатством. В эту эпоху, любители живо писи предпочитают небольшие по размеру произведения (диптихи, небольшие алтарные образы, миниатюры, гобелены), которые оказываются в одном ряду с предметами роскоши. Все это способствует обмену произведениями искусства и распространению единого стиля. Особым успехом у коллекционеров пользовалась миниатюра, которая станет впоследствии главным проводником нового стиля. Миниатюре во многом обязана и масляная живопись, относительно непопулярная в этот период.

Авиньон

Происхождение «интернациональной готики», учитывая одновременные искания в разных странах и взаимопроникновение влияний, определить нелегко. Однако можно с уверенностью сказать, что большую роль в этом сыграли произведения Симоне Мартини и Маттео Джованнетти, созданные до 1350 в Авиньоне, папской резиденции в 1309-1377. Здесь, в Авиньоне, в атмосфере высокой интернациональной культуры, соединились различные художественные традиции, положившие начало новым художественным концепциям.

Прага

Одним из самых ранних отголосков авиньонского искусства были миниатюры «Liber Viaticus», исполненные по заказу Иоганна фон Ноймарка, канцлера Карла IV, бывшего в то время в теплых отношениях с Авиньоном, а также группа миниатюр, созданных в 1387-1402 по заказу страстного собирателя Венцеслава IV, среди которых особенно интересны миниатюры «Библии Венцеслава» (Вена, Нац. библиотека). В годы правления Венцеслава Прага стала местом пересечения различных европейских культур; здесь особенно сильно чувствовалось влияние итальянской художественной школы. Именно в Богемии были созданы и первые живописные работы «интернациональной готики»: фрески замка Карлштейн (1367) Мастера Теодорика, с изображением трагических портретных персонажей, и наполненные глубокой религиозностью сцены «страстей Христовых» Мастера Тршебоньского алтаря (ок. 1380, Прага, Нац. гал.), в которых нематериальность персонажей передана игрой светотени, - это шедевры краткого богемского периода.

Ломбардия

Также в 1380. в Ломбардии, по заказу Джангалеаццо Висконти были исполнены миниатюры к большой серии .манускриптов, предназначенных для библиотеки замка в Павий: часословов, книг на латыне, французских рыцарских романов и «Tacuina sanitatis» (вид энциклопедии по ботанике и зоологии, содержащий, кроме того, медицинские рецепты и распорядок сельскохозяйственных работ). Для этих миниатюр характерно острое наблюдение за повседневной жизнью, пейзажем, миром животных и растений, а также новая живописная техника, одновременно ученая и импровизационная, тонко использующая светотень. Среди миниатюристов, которые оформляли эти книги, был и Джованнино Де Грасси, создавший, в частности, миниатюры «Часослова» Висконти (1395, Милан, библиотека Висконти); сохранился и альбом его проникновенных, мастерски исполненых рисунков (служивших, вероятно, этюдами для миниатюр) с изображением домашних и экзотических животных (Бергамо, Академия Каррара).

Крупным представителем ломбардской миниатюры является Микелино да Безоццо, работавший в 1388-1430, человек интернациональной культуры, награжденный редким даром поэтической проницательности. Его талант воплотился, например, в светских по трактовке, но религиозных по содержанию миниатюрах из «Надгробного похвального слова о Джангалеаццо Висконти» (1402, Париж, Нац. библиотека) и в замечательном»Часослове" (Женева, библиотека Бодмер): его картины «Обручение св. Екатерины» (Сиена, Нац. пинакотека) и «Обручение Марии» (Нью-Йорк, музей Метрополитен) пронизаны тонким чувством юмора. Тесные отношения, которые поддерживал Джангалеаццо Висконти с Францией, позволили итальянским художникам познакомиться с французским искусством (так, сохранились документы о пребывании в Милане Жана д'Арбуа, художника Филиппа Смелого, и Жака Коэна, предполагаемого автора «Часослова маршала Бусико»), и наоборот - содействовали проникновению во Францию ломбардских миниатюр, которые приводятся в инвентарях герцога Беррийского под названием «ломбардских произведений» («ouvrage de Lombardie»).

Франко-фламандские области

Методы ломбардской миниатюры и, особенно, острые натурные наблюдения становятся важными составляющими франкофламандского искусства книги начала XV в. Кроме того, в последние десятилетия XIV в. при дворе Карла IV в Париже, герцогов Беррийского и Бургундского и герцога Людовика Орлеанского работали фламандские художники. В 1375-1381 Жан Бондоль (Жан из Брюгге) в Париже делает рисунки для шпалер на темы «Апокалипсиса» (Анже, Музей шпалер).

Около 1375 Жан де Бомец с помощниками создает 24 картины для кортезианского монастыря Шанмоль, из которых сохранились только две (Париж, Лувр, и Кливленд, музей). В 1396 Жан Малуэль находится на службе у Филиппа Смелого. В 1395 Мельхиор Брудерлам исполняет две створки для алтаря в монастыре Шанмоль («Введение во храм» и «Бегство в Египет»; Дижон, Музей изящных искусств). В этих картинах нидерландских мастеров сочетается «буржуазный» реализм с французским аристократическим придворным вкусом того времени. О собственно французских мастерах эпохи не сохранилось практически никаких документальных сведений; нам известно лишь несколько художников, как, например, Жан Орлеанский, работавший при дворе герцога Беррийского. Тем не менее, мы можем представить себе манеру французских художников той эпохи по такому произведению, как «Нарбоннская пелена» (ок. 1375, Париж, Лувр), построенном на утонченной игре линий. В начале XV в. Париж начинает играть одну из ключевых ролей в развитии «интернациональной готики». Сюда приезжают многочисленные миниатюристы (в основном из районов Гелдра, Меза и нижнего Рейна). которые соединяют свой опыт с традицией французской миниатюры, представленной «Библией Жана де Сиза» (1355, Париж, Нац. библиотека) и «Часословом Гийома де Машо» (1370, там же).

Группа миниатюристов объединилась в парижской «Мастерской мастера 1402 года». Другая знаменитая мастерская того времени включала в себя трех крупных .миниатюристов, известных под именем их манускриптов: Мастера Бусико (Жак Коэн), автора миниатюр к «Часослову маршала Бусико» (Париж, музей Жакмар-Андре), загадочного и яркого Мастера Часослова Бедфорда (Лондон, Британский музей) и Мастера Рогана, исполнившего миниатюры к «Большому часослову Рогана» (Париж, Нац. библиотека), эмоционального и страстного, возможно, каталонца по происхождению, в 1416 поступившего на службу к Изабелле Арагонской.

В Париже работой также итальянские (Дзебо да Фиренце) и ломбардские миниатюристы, состоявшие на службе у Кристины Пизанской, итальянки по происхождению. Следует также упомянуть исключительно богатое собрание неутомимого коллекционера Жана Беррийского, которое включает в себя, в частности, «Пластырь» с миниатюрами Андре Боневе (ок. 1380, там же), «Прекрасный часослов Богоматери» (Париж, Нац. библиотека, Турин, музей Чивико и университетская библиотека, собрание которой было, к несчастью, повреждено во время пожара) и «Прекрасный Часосолов» (Брюссель, Кор. библиотека), исполненный, без сомнения, Жакмаром Эсденским.

После смерти Жакмара в 1409 Жан Беррийский обратился к племянникам Малуэля, Полю и Жану Лимбургам, к которым вскоре присоединился и третий брат, Герман. Братья Лимбурги создали шедевр готической миниатюры - знаменитый «Великолепный часослов герцога Беррийского» (ок. 1411-1416. Шантийи, музей Конде), где гениально воплотились лучшие французские и итальянские традиции.

Англия

Вскоре франко-фламандская миниатюра распространилась и за пределами Франции, придавая местным художественным традициям аристократическую утонченность линий и красок. Так, в Англии, например, неизвестным мастером был создан знаменитый «Уилтонский диптих» (ок. 1395, Лондон, Нац. гал.), сочетающий в себе французские и итальянские черты.

Рейнские области

Но особенно восприимчивы к французскому влиянию были рейнские области, близкие к Бургундии и Нидерландам. Живопись этих регионов носила в основном религиозный характер (алтарные картины). Наиболее близкой к французскому стилю была живописная школа Кельна, где превозносили мистицизм Экарта, Таулера, Сюзо. Работы Мастера св. Вероники из Мюнхена прекрасно отражает двойную тенденцию: светская элегантность костюма соединяется здесь с мистицизмом, как, например, в небольшом «Распятии» (Кельн, музей Вальраф-Рихарц). В Кельне процветал также и немецкий «Weicher Still» (мягкий стиль), основанный на мягкой линейности и по-детски наивной религиозности («Райский садик», Франкфурт, Штеделевский художественный институт). Пронзительный сентиментальный реализм присущ главному произведению Конрала из Зёста «Распятие» из Нидервальдунген (1404).

Наивысшего расцвета немецкая живопись достигает в рафинированном, пронизанным глубокой религиозностью стиле Мастера Франке, работавшего в Гамбурге и Любеке («Алтарь св. Фомы», 1424, Гамбург, Кунстхалле).

Италия

Традиция Микелино да Безоццо, особенно, его тонкие линейные ритмы, была продолжена веронским мастером Стефано да Верона. Его немногочисленные произведения обнаруживают исключительный поэтический вкус («Мадонна в саду», Верона, музей Кастельвеккио, «Поклонение Волхов», 1435, Милан, пинакотека Брера). Отсюда вышло и искусство Пизанелло, обширная и разнообразная деятельность которого (фрески, картины, рисунки и медали, исполненные в блестящей линейной манере, дополненной проникновенным воображением и средневековым вкусом) проходила в первой половине XV в. Особое место в развитии «интернациональной готики» принадлежит Джентиле да Фабриано, мастеру высокой живописной культуры. Уроженец Марке, начиная с конца XIV в. он, вероятно, путешествовал по Ломбардии и много работал в Венеции и Брешии.

Но самые яркие и знаменитые свои произведения он создал во Флоренции: «Поклонение Волхов» (1423, Флоренция. Уффици) и «Полиптих Кваратези» (1425, Великобритания, королевские собрания; Флоренция, Уффици, Ватикан и Вашингтон, Нац. гал.). Итальянская «интернациональная готика» была различной в разных регионах. Так в Пьемонте, исторически и географически открытом заальпийским влияниям, в первой пoловине XV в. работы Якьерьо: в его фресках в монастыре Ранверсо, близ Турина, сочетаются рафинированность и жесткий реализм, доведенный до гротеска.

Около 1410 Джованни да Модена, наследник великой болонской традиции XIV в., исполнил фрески в ц. Сан-Петронио в Болонье, которые великолепно воспроизводят буржуазную атмосферу Болоньи того времени. В Урбино братья Салимбени да Сансеверино пишут фрески «Сцены из жизни Иоанна Крестителя» в оратории Сан-Джованни; их стиль напоминает стиль французских шпалер, а также обнаруживает аристократический и, одновременно, фантастический вкус в выборе красок и исполнении костюмов. В Сиене «интернациональная готика» продолжалась вплоть до середины XV в. Произведения Сассетты во многом близки работам братьев Лимбургов  («Алтарь  Мадонны», 1430-1433, Флоренция, палаццо Питти, дар Контини Бонакосси, пределла «Алтаря Линаоули», 1423, Сиена, Нац. пинакотека). Для Джованни ди Паоло больше характерно визионерство и необузаанные линейные ритмы. Во Флоренции представителем «интернациональной готики» был Лоренцо Монако. Его «Поклонение Волхов» (Флоренция, Уффици) наполнено глубоким религиозным мистицизмом, переданным напряженными линиями, меняющимся колоритом и фантастическим освещением.

В те же годы во Флоренции развивается художественное ремесло - «свадебные сундуки» («cassoni»), пределлы, «desco da parto», в которых темы классической мифологии часто трактуются в стилистике «интернациональной готики».

Испания

Примером международных художественных контактов той эпохи может служить стилистическая близость работ жившего в Испании флорентийца Старнины (Мастера Бамбино Виспо) и испанца Мигеля Алканьиса, близость столь сильная, что некоторые произведения последнего долгое время приписывались Старнине. Этот стиль представляет собой результат международных обменов, центром которых была Валенсия. В 1393 в Валенсию из Германии приехал Марсаль де Сакс, ставший одним из основателей художественной школы, к которой принадлежали такие мастера, как Педро Николау и Гонсало Перес. Создателем другой школы испанской живописи - барселонской, расцвет которой приходится на 1430-е, - был Луис Боррасса. Сохранилось 12 алтарных картин, созданных в его мастерской и упомянутых в документах 1402-1424, другие - приписаны непосредственно самому Боррассе (например, «Алтарь св. Клары»). Произведения этого художника исполнены в барселонской итальянизирующей традиции, дополненной заальпийскими влияниями.

Работы другого крупного мастера барселонской школы, Бернарде Марторела, сочетают в себе северный вкус и «современные» формы и единство освещения: ему приписываются, в частности, знаменитые «Сцены из жизни св. Георгия» (Париж, Лувр и Чикаго, Художественный институт). В силу своего «кризисного» характера, «интернациональная готика» на протяжении долгого времени сосуществовала с новыми тенденциями в европейской живописи по обе стороны Альп. Так, в Нидерландах, она стала составной частью новаторской живописи Яна ван Эйка, дебютировавшего, рядом с франко-фламандскими мастерами, в качестве миниатюриста (он исполнил некоторые листы ныне утраченного «Прекрасного часослова» из туринской библиотеки). В итальянской живописи, даже после великой революции, произведенной около 1428 Мазаччо, можно легко обнаружить некоторые проявления «интернациональной готики». 

41